Сайт Свами Муктананда Пури » Свами Муктананд Пури

Свами Муктананд Пури

muktanand

Краткая биография

Вступив однажды на путь духовного развития, человек уже не сходит с него, даже в  следующих перерождениях. Мое первое детское воспоминание – я, совсем маленький мальчик, сижу один в комнате и пытаюсь медитировать.
Мне повезло — Шри Свами Кришнаананд Ашрам, учивший меня еще в прошлой жизни, нашел меня в этой и вновь стал руководить моими занятиями. Гуру любил меня, и даже изредка брал на руки, что воспринималось мною как особый знак отличия.
Он много занимался практикой киртан или бхава-садханой (прим. – kIrtana в переводе с санскрита означает «практика громкого провозглашения божественных имен в форме пения»). Киртан нравился и мне, поэтому занимался я с удовольствием.
Начиная с 11-12 лет я стал практиковать асаны, но все же при каждой возможности занимался и киртаном.

Путь, с которого не сойти

Однако, взрослея, я стал все меньше времени уделять занятиям йогой, а потом и вовсе забросил практику и стал жить как обычный человек: учился в университете, занимался бизнесом, причем весьма успешно.
Но однажды в 1998 году меня заинтересовало открытие сердечной чакры в тантрической традиции, и я обратился к гуру, владевшему этому практикой, с просьбой научить меня. После посвящения в традицию, я сразу почувствовал изменения внутри, пусть почти неуловимые.

Но уже после третьей инициации, я окончательно осознал, что мое жизненное предназначение совсем не в том, чтобы зарабатывать деньги. Мои прежние устремления, равно как и материальные привязанности потеряли для меня всякое значение. Я принял твердое решение стать монахом и посвятить себя духовным практикам.
В 1999 году духовный путь привел меня в Ришикеш, в один из известнейших ашрамов йогической традиции. Первоначально я не планировал задерживаться там надолго. Однако  через пару недель я понял, что мне необходимо остаться на более длительный срок. Я вернулся в Дели, в течение нескольких месяцев ликвидировал свою компанию и в январе 2000 года вновь был  в Ришикеше.
Спустя некоторое время я уехал в другой ашрам, расположенный в Таракешваре, у подножия Гималаев. Это особенное место, где сконцентрирована большая сила, поэтому любая практика там быстро приносит результат.
В течение нескольких месяцев я усиленно занимался, однако одну из практик мантра-видья я выполнил не совсем правильно, и это вынудило меня искать помощи у более опытных садху. И хотя в то время один из садху, живших в ашраме,  заботился обо мне, защищал и наставлял меня на моем пути, он не обладал знаниями в мантра-йоге и ничего не мог мне посоветовать. Таким образом, в конце 2001 года я был вынужден покинуть ашрам и отправиться на поиски своего гуру.
Почти три месяца я странствовал по Индии, пока не встретил Свами Шукдейвананду, Гуру традиции Шри-видья. К моему удивлению, уже по истечении получасовой беседы со мной он принял меня в качестве своего ученика, а это  было не в его обычаях. Как правило он прогонял пришедших к нему со словами «Вы не способны учиться, Вы ничего не знаете и т.п.», или подвергал будущих учеников изнурительным предварительным испытаниям. Но в моем случае все произошло очень быстро, и немногим позже, в праздник Наваратри я был посвящен в традицию Шри-видья. В общей сложности я занимался со Свами Шукдейванандой, в том числе помогал ему управлять ашрамом, примерно в течении двух лет.
Но сама жизнь зачастую создает ситуации, которые вынуждают человека искать новых знаний. У меня появились проблемы, решение которых, как я был уверен, находилось в книге другого Гуру-бхая (прим. – соученик, учащийся у того же Гуру). Однако тот отказался дать мне книгу, поскольку не получал разрешения на передачу, и посоветовал обратиться  напрямую к монаху, владевшему интересующими меня техниками, — Татамри Бабе. И я снова отправился в долгое путешествие.
В конце 2004 года в лесах между Хошангабад и Бхопалом я нашел Татамри Бабу, который без промедления передал мне нужные тексты. Мне показалось, что он ждал моего появления и как будто бы даже был рад меня видеть.
За полтора года, которые я провел рядом с Татамри Бабой, я получил большое количество различных практик, был посвящен в Вайшнав Тантру, Сабр Тантру и несколько  практик, относящихся к Прайога Шастрам (экспериментальной науке).
Сабр мантры написаны на языке, отличном от санскрита. Народности, когда-то проживавшие на берегах реки Сабр, которая и сегодня протекает через штат Гуджрат создали мантры на других языках. Поэтому все мантры, написанные не на санскрите, называются Сабр мантры. Главная особенность Сабр-мантр, например содержащихся в Рамачарити манас —  в том, что их можно быстрее сделать совершенными, в отличие от аналогичных мантр на классическом санскрите из Рамаяны.
Тут надо отметить, что еще учась у Свами Шукдейванандны, я хотел изучить особые практики из Прайог Шастр и я в 2006 году я узнал, что ими владеет монах по имени Брахмачари Шивчайтанья . Так я нашел своего третьего учителя. Ему 94 года и его главной практикой является Турья Гаятри. Брахмачари Шивчайтанья передал мне большинство из накопленных им знаний, в том числе разные формы Гаятри мантры, Прайог Шастрам, несколько Сабр мантр и некоторые редкие тексты и практики.

Когда ученик готов,  появляется учитель

Может быть, кто-то подумает, а какой смысл искать учителя, ведь почти все знания можно найти в книгах? Но я хочу особенно подчеркнуть, что любая практика, выполняемая без передачи Гуру, не будет работать или будет работать не в полной мере. Без передачи мантра будет лишь взаимодействовать с вашей несовершенной энергией, не затрагивая тонкий уровень ума. Результат такой практики непредсказуем, а иногда может обернуться против самого практикующего, как было со мной в Таракешваре. Только Гуру может передать ученику практику, а вместе с ней и ту чистую энергию, которой нет ни в одной книге.
Однажды я неосторожно дал одному человеку книгу, в которой были напечатаны различные мантры. И хотя подобные книги издаются в Индии достаточно большими тиражами и продаются свободно, Татамри Баба сказал, что я поступил неразумно. На мой недоуменный вопрос, чем это могло мне повредить, Гуру ответил, что такой казалось бы простой поступок наложил на меня всю полноту ответственности за все мантры, содержащиеся в книге. С тех пор, когда я даю кому-либо книгу, я всегда четко оговариваю, какие именно мантры или практики можно делать.
Процесс передачи мантры тонкий и не всегда очевидный. Гуру, который  выступает здесь не как человек, а как таттва, истинность, передает ученику благословение и энергию всей линии преемственности в традиции.  Образно говоря, Гуру открывает дверь в мир духовности, познать который ученик может лишь благодаря регулярной практике и служению Гуру.
Между Гуру и его учениками устанавливается глубокая и сильная связь. Это не значит, что каждую минуту Гуру думает о своих учениках. Но если ученик действительно нуждается в помощи или совете Учителя, то он непременно это почувствует. Только Гуру может увидеть, что именно нужно ученику и направить его на правильный путь. Такая связь не сопоставима ни с одними взаимоотношениями в мире, ее нельзя ничем измерить, деньгами либо знаниями, это просто поток, от сердца к сердцу, от ума к уму. Поэтому абсолютно неправильно поступает тот ученик, который, обращаясь к Гуру, пытается заранее сосчитать, что это ему даст.
На Востоке существует притча, которая говорит, что лица мудрецов всегда обращены к богу, поэтому обычным людям не дано отвлечь их. Они могут только склониться перед теми, кто приобщен к истине. Для меня, например, самым большим счастьем было просто касаться стоп Татамри Бабы и служить ему.
Несмотря на полученные  глубокие знания, я не сразу был готов  нести ответственность за обучение других людей. Однако учитель видит больше ученика, раньше чувствует его готовность самому стать учителем. Свами Шукдейвананда всего через четыре месяца с начала моего ученичества разрешил мне передавать полученные практики другим людям. Татамри Баба дал мне такое благословение сразу, поскольку я уже обладал значительной силой. И  в первую очередь, он просил передавать мантры, а с ними и силу, женщинам, положение которых даже в современном индийском обществе остается тяжелым.