Сайт Свами Муктананда Пури » Мое обучение у Татамбари Бабы

Мое обучение у Татамбари Бабы

Введение

Татамбари Баба – один из тех санньяси, которые благословили меня знанием и духовной энергией. В силу многих причин он один из самых уникальных и замечательных санньяси, которых можно встретить. В Индии существует древняя традиция санньясы, и такие санньяси как Татамбари Баба не только поддерживают ее жизнь, но и наполняют ее мистикой необычайно высокого уровня, что делает традицию знаменитой. Бабаджи – Нага санньяси из Джуна Акхары. При инициации он получил имя Свами Акхандананд Гири. Но всего несколько человек знают это имя. Он не говорит его людям. Это делается в соответствии с традицией санньясы и ее философией.

Когда человек получает санньяса-дикшу (инициацию), он проходит через ритуалы, которые полагается проводить после смерти. Согласно индуистким обычаям умершего не хоронят, а кремируют. На следующий день пепел, называемый пхуль или цветы,  предлагается священной Ганге (все реки в этом смысле считаются Гангой и пепел может быть предложен любой реке). Затем сыновья покойного проводят ритуал для предков под названием пинд даан. В ходе санньяса-дикши проводятся все ритуалы, связанные со смертью, кроме самой кремации. Иногда Гуру может потребовать от санньяси провести специальную практику ментальной кремации, которая из-за своей интенсивности должна проходить под компетентным руководством. Затем санньяси получает духовное рождение, посвящая Богу свои тело, речь, ум и душу. Вместо обычной бхандары (угощение, которое готовится для брахманов, родственников, семьи и друзей умершего), проводится бхандара для монахов, других учеников и всех, кто связан с данным монахом. Все это рассматривается как праздник. Ритуал пинд даан также проводится для санньяси во время инициации. Санньяси считается мертвым для мира, потому что разрывает все свои семейные узы. Это делается для того чтобы стать свободным от пут мирской жизни.

На самом деле одежда санньяси – только внешний знак состояния его ума. Состояние ума, в котором на первом месте — постоянное сознание бога, а все, что происходит в жизни, —  вторично. В котором нет привязанности, семьи, имущества, родственников и других видов зависимости. В котором санньяси очень ясно видит: все, что его окружает – это непрерывный поток жизни, изменений, движения, все это — единое существо, космический танец отображений души (атмана), волны блаженства. Это выход за пределы времени, смерти, ограниченности, неведения,  постоянных перемен, хорошего и плохого, доброго и злого, красивого и уродливого, сильного и слабого и всех остальных дуальностей. В этом состоянии присутствует только одно – Параматман (неизменное Я),  существование за пределами тела, волна чистого сознания. Невозможно назвать состояние за пределами этого мира, если сам мир исчезает и все имена вместе с ним. Поэтому люди называют  санньяси по какому-нибудь косвенному признаку. Так появилось имя «Тат-амбари баба», что означает «святой, одетый в джутовый мешок», по той одежде, которую он носил в специфический период своей жизни.

Такова философия, в соответствии с которой Татамбари Баба живет и которую хранит в своем сердце. Он мог бы сказать, что никто не должен ничего знать о санньяси. Где ты родился, откуда пришел, что делаешь, чему учился, какими духовными сокровищами владеешь, какова твоя практика, что ешь, когда спишь. И пусть все, что связано с тобой как с санньяси, будет тайным, таким же, как вечная тайна жизни и смерти и параматмана (неизменного Я). Параматман или вечное сознание находится повсюду вокруг нас, поэтому мы должны научиться видеть других как воплощение божественного, того самого, которому мы поклоняемся, в котором нет отождествления с обществом, телом, умом, причинной связью, санньясой, семьей, богатством, бедностью, образованием, неграмотностью, ограниченностью, поскольку мы сами являемся воплощением высшего сознания. Это высшее сознание – за пределами всех форм и отождествлений.

Однажды я застал его в хорошем настроении и спросил, сколько ему лет. Он посмотрел на меня и сказал: «В один день я родился, в другой – умру». Потом он добавил: «Только тело умирает». В той местности, где он живет, пять поколений людей знают его. Более точной оценки его возраста нет. Перед этим он жил, по крайней мере, в трех разных местах, а в этой местности живет более 47 лет. Однажды он сказал мне: «Когда ты уйдешь в мир, люди могут спросить тебя обо мне. Не говори им, где я и не присылай их ко мне. Ты узнал обо мне от других санньяси (монахов), но позволь мне оставаться неизвестным». Таковы монахи подобные Татамбари Бабе. Они повернулись спиной к миру, и не ищут ни богатства, ни славы.

Моя первая встреча с Татамбари Бабой

Примечательно то, как я впервые встретил его. Один мой друг санньяси знал его и как-то рассказал мне об определенных текстовых практиках. В силу некоторых причин я решил, что они помогут мне. Когда я попросил его передать мне эти практики, он отказал, сказав, что не уполномочен делать это. Он сказал, что я мог бы сам пойти к Татамбари Бабе и получить их. У меня не было выбора и я решил посетить его. Это было в ноябре 2004 года, перед праздником Дивали. Адрес, который мне дали, был не совсем ясным. Мне сказали идти к такому-то селению, найти храм и там узнать, где его искать. Когда я спрашивал местных жителей о Татамбари Бабе, они называли деревню в нескольких километрах от селения, но его точного местонахождения никто не знал. Этот особенный храм был посвящен древней форме Деви (Божественной матери), располагался на холме и к нему вели 1000 ступенек, некоторые из которых были довольно крутыми. Я решил сначала посетить храм. День был жаркий. Я оставил дорожную сумку у хозяина магазина, подъем был изнурительным, солнце меня доконало.

Я вернулся голодным, потным и усталым и у меня не было настроения никуда идти. Я думал о том, чтобы снять комнату, принять душ и пойти спать. Но сначала мне надо было подкрепиться. Я дотащился до прилавка с едой и пообедал, хотя время для обеда было позднее – 3.30 пополудни. Перекусив, я увидел автобус, ехавший в том направлении, куда мне было надо добраться. Когда я встал, то к моему большому удивлению увидел, что автобус остановился неподалеку. Я подумал: «Хорошо, я схожу в магазин и соберу свои вещи, и если он еще будет стоять, то тогда посмотрим, что делать». Я собрал вещи, вернулся, а автобус все еще стоял, и я с вдохновением сказал себе: «Смотри-ка, а с автобусом-то получилось». Усталый, я медленно дошел до автобуса, будучи уверенным, что он будет стоять. Итак, я добрался до автобуса, и как только вошел в него, он тут же поехал. В тот момент я понял, что это было больше, чем удача. Какая-то неизвестная сила работала со мной, также как и с другими факторами, а я был всего лишь куклой в ее руках.

Сев в автобус, я назвал нужную мне деревню и купил билет. Соседний пассажир, полицейский, спросил меня: «Вы едете к Бабаджи?» Я ответил, что мне посоветовали узнать о местонахождении Татамбари Бабы в такой-то деревне. Каково же было мое удивление, когда полицейский сказал, что Бабаджи нет в этой деревне, а живет он дальше в недавно построенном ашраме, расположенном у дороги. Полицейский добавил, что скажет, когда надо будет выйти. Я вышел из автобуса возле ашрама и встретил в нем двух учеников Татамбари Бабы. Они предложили мне чаю, сказав, что Бабаджи находится в лесу. Потом позвали мальчика, который погрузил мои вещи на велосипед, и мы углубились в лес. Солнце клонилось к закату, и, пройдя пару километров по джунглям, я начал сомневаться, доберемся ли мы. Спустя некоторое время мы подошли к холму, с правой стороны которого было что-то вроде русла реки с лежащими вокруг большими камнями. Мальчик оставил свой велосипед, взял мою сумку и пошел через эти камни. Мое состояние было где-то между изумлением и шоком.

Тем не менее, я пошел вслед за пареньком, и мы добрались до хижины, сложенной из деревянных и пластиковых панелей. Мы завернули за угол и я увидел Татамбари Бабу, сидящего рядом с камнем у подножия холма, перед ним горел небольшой костер, и выглядел он как Властелин Вселенной. Я испытал благоговение, но, по правде сказать, я не могу описать то, что я чувствовал. Это зрелище останется со мной до конца жизни. Мальчик держит мои вещи, кланяется Татамбари Бабе и говорит, что ему лучше уйти до того, как стемнеет. Здесь есть еще двое садхаков и человек, который прислуживает Бабаджи. Бабаджи смотрит на меня, спрашивает, как меня зовут и зачем я пришел. Я называю имя своего друга-санньяси и говорю, что меня привела надежда, что он прольет на меня свою милость и благословит такими-то духовными практиками. Татамбари Баба зовет молодого садхака и просит его принести книгу. Тут же он передает мне практики. Спустя некоторое время он поворачивается к другому садхаку и говорит ему, что впервые к нему пришел человек, столь жаждущий знания, что двинулся прямо в джунгли. Обычно же люди приходят за мирскими благословениями. Он был очень доволен мной.

Еще более интересной оказалась ночь. Мы находились в лесу, и электричества у нас не было. Вскоре стемнело, свет давали две масляные лампы – большая и поменьше, с хлопчатобумажными фитилями. Они давали немного света, еще был священный огонь, дхуни, который поддерживается круглосуточно, и, конечно же, чулла  — кухонная плита, сделанная из камней и глины, в которой горели дрова. Такие плиты традиционно делают в индийских деревнях. Освещение, естественно, было скудным. Один из садхаков приготовил пищу, предложил ее Бабаджи, а потом и мы приступили к еде. Затем к нам присоединились еще пара садхаков. Раньше я жил в предгорьях Гималаев, в Таркешваре, и лес не был для меня в диковинку, но там у нас были комнаты, а здесь – что-то вроде хижин или тентов, сделанных из деревянных жердей и пластиковых панелей.

По существу мы были открыты лесу, зверям, змеям, скорпионам и всем стихиям, кроме дождя, хотя, как оказалось в дальнейшем, в ливень тенты протекали.  Ночью я, как правило, делал свои духовные практики, но это был совершенно другой опыт. Когда другие садхаки и я вместе с ними сели и начали читать мантры и делать практики, то ночь огласилась священными песнопениями Вед и Божьего слова. В лесу есть только Бог и ничего больше, и мы жили как древние риши, делая то, для чего мы были рождены, что было нашим правом по рождению – молиться Богу также как наши предки. Очень трудно передать впечатление моей первой ночи там, но это был неизгладимо глубокий опыт – поиск одного только Бога в окружении других садхаков в сердцевине неизвестности.

Жизнь в лесу

Что мне больше всего нравилось в лесной жизни, так это то, что у нас не было почти никакой собственности, а была только концентрация на духовных практиках и Боге. Ни ашрама, ни обязанностей, ни преданных, ничего кроме самого желанного – молиться. Поскольку Татамбари Баба жил в этой местности уже довольно долго, то некоторые люди знали его и приносили немного еды: крупу и другие продукты. В лесу было полно дров, часть леса состояла из тиковых деревьев, но и других видов тоже много. Неподалеку от хижин бил родник и в небольшом пространстве между камней собиралась вода. Там мы брали питьевую воду и мылись. Нет электричества, нет и счетов за него. Мы спали на джутовых мешках и одеялах на земляном полу, подушкой служила одежда. Жизнь была простой. Лес — дом для многих зверей: медведей, пантер, львов, обезьян (лангуров), кабанов, всевозможных змей включая кобр, мангустов, лис, скорпионов, хамелеонов, пауков, других насекомых и т.д. И часто кто-нибудь из этой живности встречался нам на пути. Чаще всего это были лангуры, темнолицые обезьяны, которых было очень много, более ста особей, разделившихся на три группы. Они воровали нашу еду и припасы, вообще докучали нам, а иногда и опустошали наш лагерь. Но если не брать их во внимание, то лес был спокойным и благоприятным для практики местом.

В первое мое посещение Татамбари Бабы в конце 2004 г. я пробыл у него 12 дней. Два других санньяси (свами), его ученики, которых я встретил раньше в ашраме, время от времени навещали Бабаджи в джунглях. Одного из них звали Тьягиджи, и в то время, когда он пришел к Бабаджи, я был чем-то занят, стоя у источника воды. Около водоема на тропинке росла высокая трава и Тьягиджи, войдя в нее, остановился как вкопанный, увидев огромного самца кобры, 2 – 2,5 метра длины, плывущего в воде. Он посмотрел на меня и сказал: «Боже мой, какая огромная змея», на что я ответил: «Она красивая». Я уже видел ее днем раньше. Он посмотрел на меня с удивлением и сказал: «Вы поразительный человек». Кобры конечно одни из самых опасных змей на планете, они могут держать вертикально свою голову, легко атаковать с 2-4 метров и плеваться ядом в цель.

Вечером он сказал мне, что разговаривал обо мне с другим свами в первый день и они пришли к мнению, что я похож на хорошо образованного городского садху, привыкшего к комфортабельной жизни, и едва ли перенесу ночевку. Еще он сказал, что даже садху, которые считаются выносливыми, часто не могут выжить в джунглях. Мое же поведение говорило само за себя. Обычно даже те садху, которые родились и выросли в деревне, бегут прочь, увидев змею. Змеи частенько выползают, особенно в сезон дождей, чтобы погреться на солнышке, а в другое время, чтобы поохотиться на маленьких животных, вроде полевых крыс, которые подходят к водоему, чтобы напиться, или забираются в съестные припасы. Интересный факт, что за время пребывания Татамбари Бабы в лесу ни змеи, ни другие звери ни разу не укусили никого из садхаков и посетителей, за исключением одного человека, которого в силу кармических причин укусил варан, или гауо на хинди (некоторые из них ядовиты).

Во время моего первого пребывания в джунглях как раз проходил один из наших главных праздников – Дивали. Ночью, когда мы сели на молитву, нам сказали делать одну специальную базовую практику. Эта простая практика делается только на Дивали в течение всей ночи и предполагает, что нужно не спать до 5 утра. Эта практика дополнительно благословляет деньги, обычно берется одна банкнота, которую, согласно индуистскому поверью, нужно держать при себе весь год, чтобы она помогала в привлечении финансовой удачи. Когда я сидел и молился, то увидел скорпиона, ползущего ко мне. Я не знал, что делать, потому что убивать его нельзя. Я позвал моего гурубхая – Тьягиджи, и он подошел, чтобы посмотреть, что случилось. Я показал ему скорпиона, и он спокойно убрал его с помощью щипцов (чимта), которые используются для приготовления чаппати. С того дня скорпионы появлялись много раз, особенно когда я делал специальную практику.

Татамбари Баба заметил, что я посвящаю много времени своим духовным практикам. Ему это нравилось и он попросил меня сделать одну специальную практику в течение 41 дня. У меня оставались обязательства в Лакхнау, поэтому мне надо было туда съездить. Я сказал ему, что скоро вернусь и сделаю практику. Пару месяцев спустя я снова приехал к Бабаджи.

Духовные практики

В мой первый визит незадолго до Дивали Татамбари Баба решил посетить своих учеников и попросил Тьягиджи переместиться в его тент и оставаться там, пока его не будет. Это было за 4-5 дней до моего отъезда в Лакхнау. Я был опечален тем, что Бабаджи уходит. Тьягиджи понял это, взял меня за руку и втащил в тент Бабаджи, сказав, что, уходя, Бабаджи попросил его передать мне специальную практику Ханумана, которая будет защищать меня. Тьягиджи попросил меня сесть на то место, где Бабаджи сидел и спал. Я отказался, сказав, что это место Гуру. На что Тьягиджи ответил: «Я старший гурубхай и если я могу здесь сидеть, то и ты тоже». И с этими словами он усадил меня.

Мантры – транспортные средства сознания

Потом он передал мне специальную практику Господа Ханумана, сказав, что она передана мне в полной силе и в моем случае, поскольку я выполнил определенную садхану, то мне, чтобы сделать совершенной, нужно будет повторить ее 11 раз, а не 11 000. Сидеть на месте Бабаджи означало быть в контакте с огромной силой, а повторение полученной практики увеличивало эту духовную энергию во много раз. Между тем один садхак подошел что-то сказать Тьягиджи и я громко позвал его, чтобы задать какой-то глупый вопрос. Мой крик оказался так похож на манеру говорить Татамбари Бабы, что старый севак (преданный, который прислуживал Бабаджи) заметил, что это выглядело так, как будто дух или духовная энергия Татамбари Бабы вошла в мое тело.

Выполняя свои духовные практики, я получил два сильных опыта, связанных с животными формами, и это был один из них, самый первый. Спустя два-три дня я усилил повторение практики. В какой-то момент, повторяя мантру, я почувствовал мощный удар в основании моего позвоночника и в этом месте как будто появился и развернулся огромный хвост, похожий на прямой обезьяний хвост. Мягко говоря, я был изумлен. После этого дня я всегда чувствовал благословения Господа Ханумана.

Практика в джунглях

Когда я начал изучать тантру, мне говорили, что почти не осталось тантрических сиддхов, принадлежащих к вайшнавской школе, тем не менее, я был удивлен, узнав, что Татамбари Баба был тантрическим вайшнавским сиддхом. У каждого мастера свой стиль обучения учеников. Нет ничего необычного в том, что мастер может обругать или оскорбить ученика, излить на него свой гнев, либо наложить очень тяжелые обязанности и т.д.  Ученик должен понимать, что если мастер груб с ним, это значит, что он работает над ним, готовит к более высоким практикам. Тем не менее, у Татамбари Бабы был свой неповторимый стиль. Он обычно хвалил ученика, говоря, что все прекрасно, ты очень хороший, а потом мягко и спокойно отправлял его жить в джунглях в одиночестве, чтобы сделать специальную практику продолжительностью в 41 день. Таков был его стиль. Хижины для специальных практик находились в уединении и на некотором расстоянии от источника, рядом с которым располагались пара тентов, то есть наша база.

Когда я вернулся спустя два месяца в начале 2005 г., Татамбари Баба отправил меня выполнять специальную практику в лес в недавно построенную хижину, расположенную  на холме в паре километров от источника воды. Представьте себе, что вы находитесь в джунглях, одна сторона хижины открыта, ночь, звери бродят вокруг, у вас немного еды, в костре горят несколько поленьев, даже если подбросить в него дров и вызвать пламя, то и его хватит ненадолго, при этом вы полностью безоружны, у вас нет электричества, мобильный телефон может не работать, и даже если он работает, то у вас все равно нет возможности заказать пиццу или позвать на помощь, потому что немногие рискнут забраться в джунгли ночью. Дует ветер, шуршат листья, змеи и скорпионы могут в любой момент заползти под тент, не говоря о других диких животных, и уже непонятно, то ли это шорох листьев, то ли подкрадывающийся зверь. Туалета нет, тент – это священное место, предназначенное для того чтобы жить в нем и делать духовные практики, поэтому по нужде придется идти одному в ночные джунгли, и здесь даже фонарик не сильно поможет. Чуть больше километра от моей хижины была медвежья берлога. В окрестностях водились стада диких кабанов. Все это напоминает отдых на природе, если забыть о том, что вы больше месяца безоружны, без всяких удобств, электричества, газа, туалета и проточной воды.

Днем если вы захотели пить или искупаться, то придется идти пару километров к источнику. Вы пробираетесь по джунглям, кусты и листва царапают кожу, а ваша одежда превращается в лохмотья. Возвратившись назад, вы весь потный, усталый и исцарапанный. И вы спрашиваете самого себя, зачем было нужно такое купание. Если понадобились продукты, вы можете кого-то попросить или нанять, чтобы они их принесли (помня о том, что садху полагается совсем мало имущества, включая деньги), в противном случае придется самому идти по джунглям 4-5 км к дороге, потом ехать на автобусе еще 5 км до ближайшей большой деревни. В то же время нужно помнить, что дхуни (священный огонь) не должен погаснуть, это одно из условий выполнения специальной практики. Конечно, прогулка по индийским джунглям может показаться забавой, особенно в сезон дождей, когда уровень воды местами достигает лодыжки, а то и колена, и вполне вероятна встреча с очень ядовитой водяной змеей, не говоря о возможности обо что-нибудь уколоться или поскользнуться и упасть в грязь. И наконец не забываем, что вы родились и выросли в городе.

Однажды мне пришлось попросить одного моего городского знакомого принести мне немного еды, но он не захотел даже остаться на чай, стремясь поскорее выбраться из джунглей. Он сказал, что от джунглей у него бегут мурашки.

Еще раз в 2005 г. я выполнял 41-дневную практику, это было мое третье пребывание в лесу, и я жил ближе к источнику. Только что началось лето. Практика мантры должна была выполняться ночью после полуночи. Спустя 3-4 дня, взяв в руки малу (четки) и начав практику, я услышал рычание льва. В первый день оно доносилось километра за два, и когда он рычал, джунгли содрогались. Я усмехнулся, думая про себя: «Если я услышал тебя, то, в конце концов, ты появишься». На следующий день рычание льва вызвало большой переполох, хрюканье кабанов наполнило ночную тишину невыносимым шумом и гамом. Казалось, лев охотился на них. Теперь я с опаской взял малу, потому что все это произошло  спустя несколько минут после того как я начал джапу. На четвертый день около 3 часов утра я сидел, читая текстовую практику. Вдруг раздался такой мощный рев, что я подпрыгнул на пару дюймов от его вибраций. Пока я читал при свете свечи, лев был на расстоянии 50-60 метров от меня, на водопое у источника. Я рассказал Татамбари Бабе о льве. Он сказал мне, чтобы я не беспокоился, потому что это хороший знак и благословение Божественной матери, ведь лев – это ездовое животное Дурги. На другой день деревенские жители и лесорубы насмехались надо мной, говоря, что я могу стать следующей добычей льва, но к моему счастью он решил идти дальше в поиске пропитания. В ходе специальной практики нельзя менять место, поэтому у меня в любом случае не было выбора. Вернее, выбор был – либо прекратить практику, либо завершить ее. Я выбрал последнее.

Вот что делал для меня Татамбари Баба. Он отправил меня в джунгли на 41 день выполнять специальную практику. На самом деле я должен сказать, что я это делал для самого себя. Я убедил себя выполнить ее, потому что очень жаждал знаний и был достаточно сумасшедшим, чтобы сделать это.

Жизнь в джунглях связана не только с животными, которые охотятся, когда голодны, или кусают, если вы наступили на них либо подошли слишком близко к их месту отдыха. Она также связана с большими животными, которые зовутся людьми. Мы не раз обнаруживали в нашем лагере очень странных, порой даже опасных людей.  С другой стороны, мы привлекали санньяси, которые тоже необычны и заставляют вас думать по-другому. Один особенный санньяси имел удивительную способность ходить по джунглям в темноте. Он вставал и шел ночью, даже безлунной, без фонаря там, где можно легко пораниться о скалы или поскользнуться на камне, не говоря о змеях и других зверях.

Нужно еще сказать о духовных практиках. Джунгли сами по себе были только половиной проблем. Практика, которую мне дал Татамбари Баба, принадлежала к школе «вира» и происходит из традиции натх-садху. «Вира» переводится как храбрый, это название значит, что практики сами по себе опасны и могут выполняться только смелыми людьми. Если кто-то отважится на такую практику, то он должен знать, что, выполнив ее правильно, он получит очень много, а если неправильно, то потеряет все, включая здоровье и ум. Короче, победитель получает все, проигравший все теряет. Кроме того, крайне важно в течение практики соблюдать целибат, даже ум не должен сосредотачиваться на сексуальных мыслях. Подобная ошибка может иметь опасные последствия. Поэтому для защиты выполняется практика Господа Ханумана, которая дает возможность сделать основную практику и поддержать брахмачарью. Эту особенную (основную) практику надо сделать, по крайней мере, дважды. Одну для гуру, потом с промежутком в 41 день после завершения первой практики, ее повторяют для себя. Считается, что особенная практика устраняет все помехи, идущие из прошлого (ариштх ниваран), очищает ум, помогает в завершение любого дела, в увеличении способностей к выполнению духовных практик, в получении новых знаний, уравновешивает духовную энергию, а также, как представляется, помогает увеличить продолжительность жизни и обновиться телу и уму. Она также открывает все шабар-мантры и помогает достичь в них совершенства (см. статью о шабар-мантрах).

Я сделал эту практику в джунглях дважды, первый раз – для Татамбари Бабы и второй раз для себя. Позже я сделал в джунглях другую практику, посвященную Божественной матери, в течение 41 дня. Это было мое четвертое пребывание в джунглях, но этот период занял более 50 дней, так как перед практикой надо было сделать некоторые приготовления.

Странный случай с лечением

Бхагават-гита говорит, что Бог работает через нас, а мы только куклы в этой бесконечной игре сознания. Нам нравиться думать, что у нас есть выбор, но спустя какое-то время, многие происшествия заставили меня понять, что я на самом деле раб Бога. То, что кажется свободным выбором, в реальности является жесткими рамками, лишь создающими впечатление свободного выбора.

В мое первое пребывание у Татамбари Бабы он болел и чувствовал себя ужасно. У него была дурная привычка – любил покурить, поэтому он кашлял от курения, вдыхания дыма от дхуни (священного костра) и инфекции, принесенной холодом и переменчивой погодой. Он хотел съездить в Бхопал, чтобы показаться доктору, но я решил, что смогу помочь и дал ему лекарство. У него была инфекция в легких, она легко лечится хорошими антибиотиками, которые я привез с собой из Дели.

В третий мой приезд к нему он снова недомогал, у него был жар и озноб. Я подозревал малярию, но опасался давать какое-либо лекарство. Во-первых, неизвестен возраст Татамбари Бабы, в любом случае ему больше ста. Даже если ему сто лет, то такой случай заставит понервничать и хорошего доктора. Я, будучи его учеником, нервничал в два раза сильнее. От мысли дать лекарство старому саньяси меня самого бросало в жар и озноб. Во-вторых, лекарство от малярии – очень сильное и может вызвать серьезную реакцию в организме. Я очень боялся, потому что в этом случае у меня будет реальная проблема, не говоря о том, что, как ученик, я разрушу свою хорошую карму. Поэтому я решил действовать осторожно: купить какой-нибудь антигистаминный препарат, парацетамол и посмотреть, какая будет реакция.

Я попросил одного из преданных отвезти меня в город. Мы приехали в небольшой городок, располагающийся в 17 км, и нашли там аптеку. Я попросил дать мне антигистаминный препарат лоратидин. Аптекарь начал искать лекарство, а мое внимание привлекла другая упаковка в секции под буквой «Л». Аптекарь сказал, что это не то, что я ищу, но я попросил его вынуть эту коробку. Это был лариаго, лекарство против малярии. Я понял, что снова что-то происходит. Интересно, что в аптеке не оказалось лоратидина. С некоторой нерешительностью я купил вместо него лариаго и еще парацетамол против жара. Мы вернулись в ашрам, где я вручил лекарство моему гурубхаю с инструкцией по дозировке. На пятый день Татамбари баба был абсолютно здоров.

Невероятно, но правда. Я хватался за голову, удивляясь этому случаю, и спрашивал себя: «Как это произошло?» Я задавался вопросами: «Что если бы началась реакция или что-то пошло не так?» Но, в конце концов, понял, что на самом деле был только инструментом в руках божественного.

Тайна Татамбари Бабы

Некоторые прочитают эту часть с большим скептицизмом и недоверием. Я должен сказать, что многие духовные люди благословлены определенными особенными способностями, которые позволяют им смотреть за пределы обыденного мира. После прочтения этой части некоторые люди, возможно, большинство, скажут, что такое невозможно, этот человек лжет. Но позвольте мне заметить, что многие из нас (я имею в виду духовных людей) знакомы с ядерной физикой, генетикой, медициной, историей, астрономией, астрологией и так далее, а многие имеют общие сведения по управлению, науке, искусству, музыке и т.д. Поэтому должна быть веская причина, которая заставляет нас говорить о вещах необычных и возможно даже невероятных. Некоторые решат, что это вопрос веры. Такое может быть с некоторыми духовными людьми, но не со всеми. Я бы скорее определил это как науку и кто-нибудь поспорит с этим, утверждая, что наука доказывает всем без сомнения конкретную вещь как факт, в то время как духовность этого не делает.

Я хочу сказать, что это не материальная наука, а тонкая. Здесь доказательство будет видимым для всех, но нужно быть подготовленным и иметь духовно пробужденное состояние. И даже в таком состоянии в зависимости от индивидуального уровня человека, можно испытать что-то прямо противоположное. Идя по этому пути, я слышал многие вещи от разных Гуру. Не все было понято, осознано или испытано немедленно, но с течением времени проявилось много разных  измерений. И чем глубже я погружаюсь, тем яснее становится, что существует гораздо больше измерений и удивительных истин, которые предстоит открыть. В некотором смысле духовный поиск – означает исследовать и бросать вызов известному и преодолевать неизвестное, чтобы расширить и разрушить привычные шаблоны ума, обыденный мыслительный процесс и ограничения ума и идти за их пределы к источнику – чистому сознанию.

Как я уже упоминал ранее одна из самых больших загадок в том, что никто из нас не может сказать, сколько лет Татамбари бабе. Ему, по крайней мере, больше 125 лет, а возможно ближе к 225 или 250 лет. Я знаю, многие люди обвинят меня во лжи, поэтому я говорю, что встретить или иметь Гуру столь неправдоподобного возраста – это не лучший способ вызвать к себе доверие, по крайне мере не в нашем современном мире. Итак, я пишу это скорее для того чтобы придерживаться фактов, как я их знаю, и верю в то, что они правдивые, чем создавать необычную историю. В этом районе живет несколько семей, которые на протяжении пяти поколений знают и служат Татамбари Бабе. Нет ничего необычного в том, чтобы встретить людей, которые утверждают, что их дедушка проводил время вместе с Татамбари Бабой. Он не единственный санньяси, которого я встречал, таких свыше 100. Я знаю, по крайне мере, еще двух санньяси, которым около 150 или больше лет. Но я действительно встречал больше, чем эти трое, о которых я упомянул. Одно интересное наблюдение об этих монахах в том, что большинство из них выглядят примерно на 60-65 лет. Они разговаривают, иногда даже много, но говорят просто, незамысловато и большую часть времени объясняют что-либо с помощью интересной истории или анекдота.

Некоторые из нас, чувствительные к изменению энергии, могут чувствовать духовную энергию. Но в случае с этими санньяси трудно оценить эту духовную энергию также как их духовную силу. Порой с Татамбари бабой можно было чувствовать эту энергию, а в другой раз в солнечную погоду могло показаться, что это обычный старик сидит на кровати, особенно для того, кто плохо знает его. Однажды он пришел в лес на то самое место на холме, где я выполнял духовную практику. Духовную энергию можно было чувствовать от подножия холма и на расстояние не менее двух километров.

Трудно понять, какая практика или причина позволяет им скрывать эту энергию. Он настолько загадочен, что если бы команда психологов попыталась понять его разум, то, возможно, сошла бы с ума, и я говорю это вполне серьезно. Отчасти потому, что умы таких необычных духовных людей основаны на культуре, очень непохожей на современную, отчасти потому, что ни один нормальный человек не мог бы прожить так долго, отчасти потому, что быть санньяси значит отказаться от нормальной жизни в поисках Бога (того, кто действительно видел Бога), а отчасти потому, что интенсивность этих духовных практик может вынести только особая разновидность человека, обладающего умом, очень далеким от обычного. Другого санньяси, обладающего непривязанностью, которому более 150 лет, зовут Пхалахари Баба. («Пхал» означает плод, «ахар» — пища или питание). За ним я тоже наблюдал. Он настолько простой, что можно почти дать ему указание что-то сделать, и все же я не смог бы заниматься теми практиками, которые он делает. Он обладает огромной силой тапаса (аскетизма).

Как эти санньяси продлевают свою жизнь?

Существует много способов, с помощью которых монахи в Индии продлевают свою жизнь. Гьян-Кханд Трипура-Рахасьи упоминает семь методов достижения сиддхи или совершенства: а) с помощью рождения, б) с помощью дара, в) с помощью аюрведической медицины (травы), г) с помощью драгоценных камней, д) с помощью упражнений йоги, е) с помощью мантры, ж) с помощью аскетизма (тапаса) и, наконец, с помощью комбинации всех этих способов.

Среди духовных людей существует поверье, что продолжительность жизни возрастает, по крайней мере, на тот промежуток времени, который человек проводит в молитве. В тексте «Шива-Свародайа» есть стихи о том, что сиддхи появляются вместе с сокращением дыхания (однако нужно правильно понимать, что это значит и знать тонкие техники, относящиеся к этой практике).  И о том, как достичь состояния, близкого к бессмертию. В то время как другие йоги могут контролировать прану с помощью пранаямы и таким образом удлинить свою жизнь.

Что касается мантры, то в «Мантра Маходади» в разделе, посвященном апсарам и якшини можно найти упоминание о двух разных якшини, у которых есть способность даровать жизнь в пять и десять тысяч лет.

В разделе Расайана-тантры и Сиддха-аюрведической медицине можно найти упоминание о Кайа-кальпе, древней технике омоложения тела. Таким образом, существует много правил и техник удлинения жизни.

Его жизнь и философия

Вокруг Бабаджи всегда что-то происходит, порой это напоминает цирк, реально сбивающий с толку. У Татамбари бабы есть привычки, которые бросают вызов всему, что вы, возможно, читали или слышали о практиках, связанных с индийской духовной системой йоги.

Он почти не придерживается никакого порядка в принятии пищи. Мы все могли сидеть с раннего утра до позднего вечера без еды. Мы могли пить чай несколько раз в день и, может быть, немного перекусывали ближе к завтраку. Иногда Бабаджи мог приказать устроить ужин в 11-12 часов ночи, и мы заканчивали его уже к часу ночи. Пища обычно самая простая – тикхадх (толстое чаппати, индийский хлеб) и овощи либо дал. Большинство санньяси оставались голодными. Для меня это было сложно. В индуистской традиции шишья, или ученик, не ест до того, как начнет есть Гуру, и никто ничего не говорил Бабаджи. Это не школьный класс,  где вы можете пожаловаться на что-то – еду, кров, одежду или другие виды удобств. Прежде были случаи, когда кто-нибудь приносил мешки с пшеницей или другими продуктами для Бабаджи, но он не принимал их, а звал поваров, просил их приготовить еду и приглашал сельчан на Бандхару, или праздник. На следующий день еды опять не было. Порой, когда проходило несколько дней без еды, кто-нибудь из садху смешивал пепел от Дхуни с водой, и этим наполняли желудки. Порой ели отвар из лесных листьев. К счастью для меня, пока я был там,  ситуация немного изменилась, поэтому я никогда не был полностью голодным, но был близок к этому. Иногда, отправляясь в путешествие, Бабаджи оставлял все вещи и освобождал место, говоря сельчанам: забирайте все, что вам нужно. Они забирали полотенца, одеяла и т.д. Вещей было не так много на самом деле. Татамбари баба полностью безразличен к материальной собственности.

Вера Татамбари бабы проста. Как санньяси, мы не должны иметь собственности. Мы должны полагаться только на Бога во всех своих нуждах. Об этом легко читать, но жить так  по-настоящему трудно. Но Татамбари баба обладает крайней отвагой. Многие люди предлагали ему жить у них дома, в специально построенной отдельной комнате, но он всегда  отказывается, говоря, что может прийти к ним, когда захочет. Многие соорудили для него жилье, но он живет в нем недолго, а  потом вновь возвращается в джунгли. Он часто жалуется, что в прежние времена садху приходили к нему с одним Камандалом (сосуд для воды), одетые только в лангот (набедренная повязка), а сегодня санньяси известны по длине их автомобилей. Он говорит, что рожден служить бедным, а богатых он частенько отпугивает. У них нет сострадания, говорит он, а свои богатства они получили за счет труда бедных. С другой стороны, он со всеми обходится одинаково. У него редко бывают деньги, в большинстве случаев он раздает их.  Однажды на Кумбха-Меле в Удджайне в 2004 году один преданный дал ему сто тысяч рупий, и в течение часа он распределил их среди санньяси и брахманами. Тьягиджи, ответственный за содержание ашрама, всегда говорит: «Не давайте ему денег, он избавится от них за час, если вы отдадите их мне, то я их направлю на ашрам».

Пока мы были с Татамбари Бабой, бывали дни, когда он казался очень молодым и полным энергии, а бывало, что он выглядел старым и слабым.

Он любит кормить людей, даже порой выходя за пределы своих финансовых возможностей. Он также любит раздавать вещи, особенно странствующим санньяси и брахманам, зачастую не позволяя им уйти без подарка. Иногда он просит своих лучших преданных купить ему какие-нибудь вещи, которые он смог бы подарить. Представьте человека, у которого нет ничего, никакой собственности, даже места, где можно было бы остановиться, и этот человек раздает вещи и кормит других.

Происходили и другие странные вещи. Он любит раздавать сладости детям и как-то раз они у него закончились. Тут появляется сначала один человек с парой килограммов сладостей, потом другой, за ним третий, потом четвертый, потом целая семья, потом еще один до тех пор, пока не скопилось 10-15 кг, в том время как в обычное время, может быть, один человек за неделю принесет сладкое. Еще похожий странный случай был с красным чили. Хотя в ашраме никто не ел чили, люди начали появляться с сумками чили, иногда его присылали издалека. И вскоре у нас собралось огромное количество этого продукта. Я был озадачен, тем более, что  это время даже не было периодом сбора урожая чили. Я посмотрел на Татамбари Бабу с большим удивлением и спросил его: «Свамиджи, зачем люди несут вам чили, вы же его не едите?» Он взглянул на меня и ответил: «Это воля Бога, он делает так, как сочтет нужным». Я спросил его: «Что мы будем делать со всем этим чили?» Я был даже немного обеспокоен, ведь во всем этом не было смысла, поскольку еда в ашраме готовилась почти без чили. На что он сказал: «Мы все раздадим людям». Я так и не понял этой лилы, возможно, я смогу понять этот случай через какое-то время.

У Татамбари Бабы есть такая привычка. Перед сном ему кто-нибудь массирует стопы, пока он не уснет. Я тоже хотел послужить ему и просил разрешения помассировать ему стопы. Но он всегда отказывал под тем или иным предлогом. Однажды ночью случилось так, что кроме меня и еще одного чужого санньяси, никого не было, поэтому массировать стопы было некому. Увидев такую возможность, я снова попросил его. Оглянувшись вокруг и никого не найдя, он был вынужден согласиться. Я массировал его стопы, пока он в конце концов не уснул, а я еще какое-то время продолжал делать массаж. В какой- то момент, пока я массировал его стопы, я закрыл глаза, вошел в медитативное состояние и увидел образ Господа Кришны прямо перед собой. Таково благо от столь малого служения, которое я сделал для него. Не то, чтобы я ожидал или хотел чего-то подобного, скорее, это было чем-то вроде побочного эффекта. Такова ценность личного служения Гуру.

Он обладает огромным состраданием. Он не придает значения тому, кто приходит к нему и когда. Он всем рад. Однажды кто-то пришел к нему в 3 часа ночи, наделал много шуму. Еще один санньяси и я проснулись и попросили его успокоиться. Потом мы сказали ему, что Бабаджи отдыхает, и лучше бы ему прийти на следующий день. Мы не хотели тревожить Бабаджи. Когда утром Бабаджи проснулся, мы рассказали ему о визитере. Его ответ был такой: «Вы должны были разбудить меня. Человек не придет в неподходящее время просто так. Он, должно быть, имел великую нужду”.

В другой раз в ашраме появился один мальчик. Он был явно психически неуравновешенным. Куда бы он не приходил, люди его прогоняли. Но Татамбари баба принял его. Он видел во всех одно божественное начало. Потом он взглянул на нас и сказал: «Мы поможем ему». Пока мальчик жил с нами, его состояние постепенно начало улучшаться.

Татамбари баба был строгим и даже жёстким со всеми нами. Но в то же время Бабаджи обладает большим чувством юмора. Частенько он шутит по разным поводам, не раз он говорил: «Иногда старые садху задают мне вопрос: «Ты очень строг со своими учениками (шишья), ругаешь и оскорбляешь их, не делаешь им поблажек, но даже после этого они служат тебе и не уходят от тебя. В то время как мы заботимся о своих учениках, обеспечиваем их всем и даже после этого они от нас убегают. В чем твой секрет? Пожалуйста, поделись им с нами». Смеется. «Я даю моим шишья духовные практики и помогаю им достичь совершенства». Улыбается. «Но все хотят знать мой секрет. Почему так много людей тянется ко мне? Каким видом тайной практики или мантрой для привлечения я обладаю, что все эти люди притягиваются ко мне?» Однажды он был в хорошем расположении духа, и я, решив воспользоваться этим, спросил его: «Бабаджи, так в чем же секрет?» Как обычно я жаждал духовных практик, я думал, что если удача улыбнется мне, то я получу какую-нибудь особенную мантру; еще одну в моем арсенале мантр. Он взглянул на меня с улыбкой, но серьезно и сказал: «Когда ты желаешь людям добра, когда твои стремления и действия приносят людям благо, когда ты любишь их и сострадаешь, когда учишься отдавать им все, что можешь, тогда люди полюбят тебя; вот мой секрет – искренне желать людям добра из самой глубины своего сердца».

Суть учений Татамбари Бабы:

1.         Живи простой жизнью без всякого имущества

2.         Главная цель человеческой жизни – стать самореализованным

3.         Полагайся полностью на Бога

4.         Не жить, чтобы есть, а есть, чтобы жить

5.         Регулярно молись, никогда не бросай молитву (духовную практику)

6.         Побуждай и вдохновляй молиться также и других

7.         Удерживай свое внимание сфокусированным на Боге

8.         Особенно заботься о благосостоянии женщин

9.         Всегда думай о благосостоянии людей

10.       Служи другим санньяси (монахам), людям и даже животным

11.       Бог — в каждом, относись ко всем одинаково и подобно Богу.